– Я, а что?
– Повнимательней. Чтоб своих не задеть. Эта зараза так бабахает…
– Обижаешь, – хмыкнул шотландец. – Я полполигона выжег, но зато теперь могу тебе яйца отстрелить, а остальное не тронуть!
Засмеялись почти все в «Эвенджере». А уж пилоты хохотали минуты полторы.
Минут пятнадцать икс-комовцы переговаривались, шутили, пытаясь погасить растущее нервное напряжение. Пир хмуро полировал ладонью ствол лазерного пистолета.
– Эй, френд, перестань киснуть, – Завадски похлопал его по плечу. – Вот вернемся, ко мне смотаемся, бабушка пирог испечет…
– Из кого? – с интересом встрял в разговор Дориго. – Из почтальона?
– Из крокодилов! – огрызнулся Завадски. – Ел когда-нибудь?
– Ел! – ехидно отозвался Дориго. – В Гонконге китайцы еще не такую гадость готовят!
– Ну вот едь в свой Гонконг и жри всякую гадость! – Завадски потянулся и хотел дать Адаму профилактический подзатыльник, но тот ловко увернулся.
– Ну, кенгуру… Лучше бы в гости позвал.
– Позову, – вздохнул Завадски. – Но сначала…
– …спрошу у бабушки, – невинным голосом вставил Олаэча, похожий на внезапно пошевелившегося индейского божка.
Икс-команда продолжала дружно веселиться.
– Эй, вы, там, – повысил голос Завадски, – Хватит ржать! Всех разжалую в рядовые к чертям и на кухню загоню, котлы драить!
– Ник, – осторожно вставил Виталий Самусенко. – Ты на кухне-то был хоть раз за год? Нет там никаких котлов…
Завадски обессилено откинулся в кресле и пожаловался Пиру:
– Нет, ну ты слышал? Сил никаких с этими обормотами нет…
– Вижу малый скаут, – вдруг сказал один из пилотов. – Идет навстречу нам.
– Сбивать! – немедленно донеслось с Земли.
Пристегиваясь, Пир вдруг подумал: а как далеко Земля? Радиоволны точно запаздывали бы на несколько минут. Декодер же чужаков, перестроенный на отдельные частоты и несколько отличный от базового принцип кодировки сигнала (чтоб не перехватывали, а перехватят – не расшифровали сразу же), эту проблему свел на нет. На Земле сказано слово – в тот же миг его слышат и все на «Эвенджере».
Крафт бесшумно втек в несколько виражей, беззвучно плюнули смертью плазменные пушки и на экране вместо картинки с командного на Земле несколько секунд виднелся дымный, стремительно расширяющийся клок. Скаут обратился в ничто.
– Он успел что-нибудь передать?
– Мы ничего не засекли, – ответил кто-то из пилотов. Пир до сих пор не различал их по голосам.
Вдруг ему в голову пришла шальная, неожиданная мысль, которая раньше почему-то никогда не приходила.
«А почему на миссиях сектоиды и этериалы никогда не пытались взять под контроль пилотов? Или пытались? Надо будет спросить у Марка…»
Полтора часа истекли незаметно. Ближе к Сидонии разговоры в кабине смолкли, только короткие переговоры с Землей нарушали тишину.
– Вижу колпак, – сообщил пилот-наблюдатель. – Икс-команда, готовность номер раз!
– Начинаем, ребята! – громко сказал Паллистер и, подавая пример, первым надел шлем.
Привычная пустота шевельнулась в груди, когда «Эвенджер» проколол поле. Минут пять игрушечные марсианские перегрузки то увеличивали, то уменьшали вес оперативников, а потом все замерло.
– Касание! Открываем шлюз!
– Начали! Начали, икс-команда! Разнесем здесь все вдребезги!
Вслушиваясь в надсадный голос Паллистера и в ответный рев четверти сотни здоровых, заведенных на драку парней, Пир понял, что иначе и нельзя. Поэтому он орал вместе со всеми. Громко, что есть мочи. Красная точка с надписью «Overload», не мигая, горела в поле зрения. Но Пир не обращал на нее внимания.
Шлюз открылся. В спину толкнулся слабый порыв ветра – и тотчас исчез. Из «Эвенджера» ушел весь воздух.
Снаружи было красно. Пиру показалось, что мир окрашен кровью. Но он знал, что это просто цвет марсианского песка, камней и неба.
ъвет войны. Ведь Марс – бог войны. Неудивительно, что они прилетели сюда убивать.
«Лучше бы полетели на Венеру», – подумал Пир со вздохом, врубая антиграв.
Последний бой начался. Спустя секунду прозвучал первый выстрел.
«Хэви плазма», – определил Пир.
Красная равнина толкнулась в глаза.
Глава двадцать пятая.
Январь 2000.
На Земле, в командном центре базы «Европа», осунувшийся от постоянного нервного напряжения, близкого сегодня к пиковой точке, шеф проекта «Икс-ком дефенс» Майкл Батт вдруг оторвался от экранов сопровождения и обернулся к помощнику.
– Брюс, вели стюарту, чтоб принес рома.
– Сэр? – растерялся де Григ. – Рома?
– Рома, черт побери! – тихо повторил Батт. – У меня сейчас сердце остановится…
Брюс зашептал в переговорник-интерком и спустя две минуты в командный торопливо вошел официант с подносом в руках. На подносе стояла пузатая бутылка темного стекла, низкий стакан и блюдце с бутербродами. «Rum» – гласила этикетка на бутылке.
Батт поставил ее рядом с собой на пульт, рядом с торчащим на штанге микрофончиком. Налил на три пальца и залпом осушил стакан, чувствуя как перехватывает горло, как по жилам прокатывается огненная волна. На бутерброды он даже не глянул.
И снова прикипел взглядом к экранам.
* * *Танки МакМаннамана, Бржизы, Сонтдрупа и Лутченко первыми покинули «Эвенджер» и повисли над марсианской равниной. Красная поверхность, испещренная небольшими кратерами, расстилалась под бронированными днищами земных машин. Посадочные опоры «Эвенджера» попирали рыжую пыль. Вдали, еле заметная, вставала зыбкая стена защитного поля. Небо было розовым, белесо-розовым с разводами, как молоко с кровью, которое плохо размешали. семь высоких, метров по пятнадцать, четырехгранных пирамид диковинными зубами торчали посреди накрытого силовым колпаком пространства. Поверхность пирамид была изъедена метеоритами и временем; страшно было даже подумать об их возрасте. Но посреди некоторых из четырех граней виднелась стандартные сероватые плиты входных шлюзов. Любой из икс-комовцев не раз видел такие плиты – на базах чужаков. Еще на Земле.
На Марсе было куда сумрачнее, чем Пир себе представлял. Неясная мгла цвета крови скрывала даль, казалось, что в полутьме танцуют призраки в красных плащах. На самой границе видимости.
Оперативники разбивались на тройки и разлетались прочь от «Эвенджера». Когда последняя тройка покинула крафт, «Эвенджер» бесшумно – разряженная атмосфера Марса плохо передавала звуки – задраил кормовой шлюз и невесомо ушел в зенит. Дойдя до границы колпака, «Эвенджер» разом исчез из виду.
Они остались один на один с чужой планетой. Один на один с вражеской базой. С твердыней чужаков из космоса. Чужаки оставались чужаками и на Марсе, но сами они давно привыкли к смене миров. Сколько планет уже завоевано со времен Предвечного Яйца? И не счесть. Одним больше – все равно это казалось чужакам неизбежным.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
